– Действительно красиво, – негромко сказала Ли. Она поправила большие темные очки, закрывающие часть ее лица и повернула голову в сторону теплоходика: здесь заурчали дизели и теплоход задрожал, потом, слегка сдав поначалу, после этого двинул, неспешно набирая ход, вперед, в сторону моста.
Все проводили пароходик взглядом и затем перевели взоры на гладь неспешно текущей мимо них воды.
– Пожалуй, я схожу за шашлыками, – сказал Пэт. – Кто будет печеное мясо?
Жестами и голосом согласие выразили все, и Пэт потребовал себе в помощники Рысь, с которой несколько последних недель у него сложились «теплые дружеские отношения».
А через десяток минут позади группы у парапета раздались вдруг громкие голоса, грубо прервавшие общее состояние расслабленности и довольства.
Обернувшись, они увидели приближающихся к ним своих товарищей, держащих в руках десяток шампуров, которых окружила небольшая толпа бритоголовых, в темных комбинезонах и тяжелых шнурованных армейских ботинках молодых людей обоего пола. И через минуту герои космоса столкнулись лоб в лоб с современной российской действительностью. Именуемой расовой и национальной нетерпимостью, агрессией и жестокостью.
Впрочем, столкнулись – и столкнулись, им-то что? А вот доморощенным «скинхэдам» пришлось несладко.
Денисов не раз бывал прежде на набережной – любил постоять на бережку и подышать напоенным речной влагой воздухом. И знал, что слева от них между стеной здания вокзала и следующим зданием есть закуток шириной метра четыре, прикрытый со стороны площади вокзала загородкой, а со стороны реки почти не просматриваемый.
– Работаем! – сказал он. Шампуры мигом были переданы в руки Ли и Пумы, которые остались стоять на месте. А остальные… Остальные ловко оттеснили молодых людей с переполненной адреналином сосудами в закуток, где Денисов, Майк и Бай быстро и ловко уложили на асфальт хулиганов, слегка пустив им кровь – в основном, из носа.
Пэт и Люк тем временем достали из кармана внушительного вида книжечки, и продемонстрировали стонущим, распластавшимся на твердом покрытии набережной борцам за националистические идеалы, удостоверения сотрудников МУРа.
– Московский угрозыск! – твердо заявил Пэт. – Проводится спецоперация, вы мешаете нам и Интерполу работать! А ну – быстро все вон!
И спотыкающиеся, еле державшиеся на ногах молодые люди, шаркая тяжелыми ботинками по асфальту, побрели к лестнице, ведущей с набережной на привокзальную площадь.
А бойцы отряда легко и весело направились к открывшимся только что ларькам за пивом – шашлыки уже почти остыли!
В середине дня они пообедали в одном из кафе на улице Ползунова, и Виктор собрался было позвонить по мобильному телефону жене. Хоть они и были скорее соседями, чем супругами, следовало отметиться. Но тут он вдруг сообразил, что пожелав попасть домой в мае, они оказались в прошлом времени, их «отбросило» назад почти на полгода. И немного поразмыслив, Виктор звонить не стал. Просто, когда они пошли прогуляться по Ленинскому проспекту, он зашел на почту и отправил денежный перевод жене. Написав на бланке, что все в порядке, командировка продолжается. И пусть думает, что хочет – какая командировка? Ведь для нее он только сегодня утром, как обычно, просто ушел на работу.
Для всех, знающих его, он был в длительной командировке. Просто начнется она несколько позже. Скажете – какая может быть командировка у шофера атомашины-молоковоза? Да вот такая!
Так сказал Виктор, появившись один раз дома через пару недель после начала работы на Базе. А когда он подал жене толстую пачку долларов США, у той как-то сами собой вопросы исчезли…
На самом деле с работы пришлось уволиться!
Но все это еще предстояло… Если считать нынешний момент времени. Да чего там, примерно так решили подобные проблемы и все остальные. Оставив объяснения «на потом», после возвращения…
«Вот только одна нестыковочка, думал Виктор. Все это произойдет через несколько месяцев…» И предложил всем погрузиться в автобус и двинуться в сторону Алтайских гор. Он хотел показать друзьям красоты Горного Алтая – шумящую водами на перекатах Катунь, вечерние пейзажи горных лесов… Голубые ели – это ведь потрясающе красивые хвойные деревья!
Но ничего толком не получилось! Когда они уже ближе к вечеру катили по Чуйскому тракту, настроение у всех них оказалось безоговорочно испорченным.
Нет, они могли беспрепятственно разглядывать все вокруг, но и только! Даже подойти к берегу Катуни они не смогли – все побережье было поделено и продано частным лицам! Их просто не пускали к берегу. Денисову показалось, что кроме полоски шоссе, общественного вокруг ничего не осталось – все было распроданным, а, следовательно, к доступу посторонним лицами запрещенным.
И они свернули на лесную дорогу, остановились, и Майк связался через наручный галакомп с Карлом на Базе. Он разъяснил Карлу последовательность действий, и вскоре растаял автобус, на каждом оказалась несколько иная, чем прежде, одежда, и все они вдруг оказались совершенно в другом лесу, лиственном. Как принято говорить – в лесном массиве средней полосы России!
Они увидели проблески желтизны в кипучих зеленых кронах – ничего удивительного, ведь Карл изменил не только их пространственное положение, но также осуществил временной сдвиг – теперь было не начало лета, а конец…
Услышав в стороне свист электрички, они гуськом пошли по тропинке друг за другом, выйдя через десяток минут на платформу пригородного сообщения, на которой увидели указатель: «Москва – 55 км».
А еще примерно через полчаса катили в вагоне электропоезда в сторону столицы России…
Глава 21-я
1
Алиса Сферова ничем не отличалась от своих друзей. Хотя здесь, под землей, собралась довольно пестрая компания. Были представители богатых семей, были выходцы из рабочих московских районов. Под землей, где в тусклом свете ламп ярко светились лишь экраны и индикаторные огоньки ноутбуков и многочисленных вспомогательных приборов, большинство из которых не были известны никому, кроме их владельцев (этими же владельцами придуманными и созданными), значение имело лишь два человеческих качества – талантливость и здоровый авантюризм. Нечего было здесь делась тем, кто не был с компьютером «на ты» либо не жил риском и погоней за адреналином в собственной крови. А богаты у тебя родители, либо их вообще нет – какое в этом случае имело значение, откуда ты пришел сюда, в общину?
Например, родители Лисы (Алисы Сферовой) были успешными московскими адвокатами. Но занятые карьерой, сразу после её рождения папа и мама передоверили дочь сначала бабушке, которую на несколько лет переселили к себе в Москву, а после того, как Алиса перешла в 5 класс – полностью передали ее на попечение няни (она же домохозяйка с функцией приготовления пиши) и гувернантки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
